Сценарий литературно -музыкальной композиции
«Письма с фронта»
Видеозапись «Фронтовое письмо»
Голос за кадром:
Шел солдат с войны домой,
Шел дорогою прямой,
В гимнастерочке линялой,
Шел домой солдат бывалый.
И пройдя огонь и бой,
Что солдат принес с собой?
Два раненья, три медали.
Имена друзей, что пали.
Фляжку спирта для беседы,
Да рассказы старшины,
треугольничеки писем
от мамани и жены,
А еще… принес Победу…
Выходит солдат (Курицын)
(складывает письмо и читает стихотворение)
Написал я всё, что надо,
А увижусь — доскажу.
А теперь письмо солдата
Треугольником сложу.
Угол первый — самый главный,
Этот угол я загну,
Чтоб с победою и славой
Мы окончили войну.
Я сложу края второго —
Вот и вышел уголок.
Чтоб вернуться мне здоровым
На отеческий порог.
Ну а третий, ну а третий
В честь твою слоожу скорей,
Чтоб тебя, как прежде, встретить
И назвать скорей своей.
Так лети с приветом жарким
На заветное крыльцо,
Треугольное, без марки,
Фронтовое письмецо.
Выходит почтальонка (Позднякова)
(солдат передает письмо)
Почтальонка: Фронтовые письма… Нет у этих писем ни конвертов, ни марок, сложены они в виде треугольника. На одной стороне бумажного треугольника — домашний адрес, на другой — печать солдатской почты. Если развернуть треугольник. То получится тетрадный лист. Вся страница исписана химическим карандашом. Исписана торопливо, кое-как, ведь письма писали в перерывах между боями. В любую минуту фашисты могли атаковать, и надо было спешить закончить письмо, отправить семье. Там, дома фронтовую весточку ждали. Как самую великую радость. Как самую великую скорбь.
Ей пятнадцати нет -девчонка.
Невысока и очень худа.
Письмоносица, почтальонка,
По прозванию Нюрка-беда.
В зной и в слякоть, в метель и стужу
С сумкой кожаной наперевес
Разнести Нюрке почту нужно
По пяти деревенькам окрест.
Дома двое младших братишек,
Мать болеет почти уж год.
Слава Богу, отец с фронта пишет –
Ждут и верят, что он придет.
Он придет, и все будет как прежде,
Как в далеком-далеком вчера.
Не лиши только, Боже, надежды…
И опять на работу пора.
Ребятишкам –картошка в печке,
Ей с утра –с сумкой наперевес.
А что впроголодь…Бегать легче
По пяти деревенькам окрест.
В деревнях –старики да дети,
Бабы — в поле, то сеют, то жнут.
Почтальонку вдали приметят
И с сердечной тревогой ждут.
Треугольник – живой! Удача!
Коли серый казенный конверт –
Замолчат, закричат, заплачут…
И померкнет в глазах белый свет…
Защемит у девчонки сердчишко
От людского горя и бед…
Тяжела эта сумка слишком,
Если там от беды привет.
Вести черные –похоронки,
Горя горького череда.
Письмоносице, почтальонке
Без вины дали имя –Беда.
Малолетка еще, девчонка –
Только в косах полно седины.
Письмоносица, почтальонка,
Разносящая вести с войны
Отрывок «Трамвай на передовую»
Выходит мать (Анохина)
Линия фронта была уже очень близко от Одессы. И наши ополченцы уезжали на передовою просто на трамвае. До конечной. Ну и я сына на трамвай провожать пошла.
Он когда маленький был, я его с этой же остановки в школу провожала. Я всегда ему заворачивала три бутерброда, его любимые. А он всегда один назад привозил. Маме.
В этот раз я ему тоже три с собой завернула. Только назад он мне ничего не привез. Да и сам не вернулся… (вой сирены) А я… долго ещё на ту остановку ходила.
За кадром: Матери всей страны с замиранием сердца ждали долгожданной весточки от своих сыновей. Кто-то встретил их на пороге родного дома уже в победном 45-м, а кто-то ждал всю оставшуюся жизнь.
Видео «Баллада о матери»
Голос за кадром: Уходили на фронт мужчины, кто-то совсем юношами, кто-то в годах, война дала им в руки разное оружие. И вот кто-то уже военный водитель, а кто-то сапёр, кто-то танкист, а кто-то зенитчик…кто-то управлял военными кораблями, а кто-то наблюдал за войной с высоты.
Письмо лётчика-истребителя
Выходит солдат
Добрый день!!
Папа, Мама и Лида шлю я вам свой сердечный привет и желаю вам наилучших успехов в вашей повседневной работе, жизни и особенно крепкого здоровья.
Папа спасибо за одобрение моего поступка о моем выезде на фронт я в этом не сколько не сомневался, хотя зная, что это сообщение для вас как родителей будет тяжелым но нечего не поделаешь. Мне хоть скоро всего 20, но хочу я прожить эту жизнь, пусть она и военная. Папа и Мама прошу вас за меня как можно менше беспокойтесь все идет хорошо и приятно что просто душа радуется,. особенно когда идешь и бросаешь свои «гостинцы» на головы фашистским гадам. До того они нас боятся. что когда подходишь все сразу замирает. Бросаю бомбу и все и разбегаются кто куда, но мы их в это время уничтожаем как собак. А вот сейчас сижу и жду когда выпустят в небо, навестить гадов, да нет погоды, дождь проклятый пошел. Вот так я живу и работаю, летаю. Работаю не плохо уже имею ряд благодарностей от командования.
Закадровый голос: Лётчик Алексей Припорин погиб 16.01.43. над Дорогой Жизни, в день прорыва блокады Ленинграда. Его имя – на мемориале «Защитникам неба Ленинграда» — где-то в конце Гражданского проспекта Санкт-Петербурга.
Песня «Тучи в голубом»
Отрывок письма медсестры «Дочка матери»
Выходит молодая девушка в медицинском халате
«Дорогая мама, с первых строк хочу попросить у тебя прощения. Я без разрешения закончила курсы медсестер. Я не могла поступить иначе, ведь и мой папа, и младший брат, который даже не закончил школу, ушли на фронт. Просто не смогла остаться дома. Конечно, не ожидала, что так сразу попадем в передрягу. Еще на пути к передовым линиям на нас напал немецкий бомбардировщик. На машинах были красные кресты медицинской помощи, но они даже не посмотрели на это. Мне хотелось помочь всем. У кого-то была оторвана рука, половина ноги, размозжена голова, и все просили: «Сестра, помоги». Я перевязывала их раны и молила Бога помочь им выдержать. «Милый, потерпи, пожалуйста», — пытаясь успокоить, говорила я. В окопе почти засыпанный землей лежал солдат и пытался что-то вымолвить, но я не слышала, я начала раскапывать его.У меня была цель – спасти, донести до госпиталя, я даже не спросила, как его имя, нужно было помогать другим. Я не считала, сколько было раненых в этот день и последующие. Просто нужно было сделать всё, чтобы помочь им. Самое больное сейчас для меня, что я ушла без разрешения, без твоего благословения, но я молю тебя простить, ведь я, как и ты, как и многие сотни других помогаю защищать Отчизну. Мы не пустим фашистов и не отдадим им Родину.
Я посылаю тебе эту ромашку, которая единственная осталась цела с поля боя моего первого боевого крещения. Я люблю тебя.»
Закадровый текст: Медсёстры — ангелы хранители в белых-халатах. Сложно представить, сколько жизней спасли эти нежные женские руки. Сколько ночей куржили они над ранеными солдатами, буквально выцарапывая их из цепких лап смерти.
Стихотворение В. Тушновой «Мать» (Вороненкова)
Года прошли,
а помню, как теперь,
фанерой заколоченную дверь,
написанную мелом цифру «шесть»,
светильника замасленную жесть,
колышет пламя снежная струя,
солдат в бреду…
И возле койки — я.
И рядом смерть.
Мне трудно вспоминать,
но не могу не вспоминать о нем…
В Москве, на Бронной, у солдата — мать.
Я знаю их шестиэтажный дом,
московский дом…
На кухне примуса,
похожий на ущелье коридор,
горластый репродуктор,
вечный спор
на лестнице… ребячьи голоса…
Вбегал он, раскрасневшийся, в снегу,
пальто расстегивая на бегу,
бросал на стол с размаху связку книг —
вернувшийся из школы ученик.
Вот он лежит: не мальчик, а солдат,
какие тени темные у скул,
как будто умер он, а не уснул,
московский школьник… раненый солдат.
Он жить не будет.
Так сказал хирург.
Но нам нельзя не верить в чудеса,
и я отогреваю пальцы рук…
Минута… десять… двадцать… полчаса…
Снимаю одеяло, — как легка
исколотая шприцами рука.
За эту ночь уже который раз
я жизнь держу на острие иглы.
Колючий иней выбелил углы,
часы внизу отбили пятый час…
О как мне ненавистен с той поры
холодноватый запах камфары!
Со впалых щек сбегает синева,
он говорит невнятные слова,
срывает марлю в спекшейся крови…
Вот так. Еще. Не уступай! Живи!
…Он умер к утру, твой хороший сын,
твоя надежда и твоя любовь…
Зазолотилась под лучом косым
суровая мальчишеская бровь,
и я таким увидела его,
каким он был на Киевском, когда
в последний раз,
печальна и горда,
ты обняла ребенка своего.
. . . . . . . . . . . . . . . .
В осеннем сквере палевый песок
и ржавый лист на тишине воды…
Все те же Патриаршие пруды,
шестиэтажный дом наискосок,
и снова дети роются в песке…
И, может быть, мы рядом на скамью
с тобой садимся.
Я не узнаю
ни добрых глаз, ни жилки на виске.
Да и тебе, конечно, невдомек,
что это я заплакала над ним,
над одиноким мальчиком твоим,
когда он уходил.
Что одинок
тогда он не был…
Что твоя тоска
мне больше,
чем кому-нибудь, близка…
Закадровый текст: Важно помнить о всех тех людях, которые подарили нам возможность мирно жить на этом свете, учиться, создавать семьи, растить детей. Важно быть хорошими людьми и быть достойными памяти тех, кто так никогда и не вернулся из боя.
Видео «Журавли»
Письмо танкиста Александра Голикова жене:
Выходит танкист (Рылов)
Милая Тонечка!
Я не знаю, прочитаешь ли ты когда-нибудь эти строки? Но я твердо знаю, что это последнее мое письмо. Сейчас идет бой жаркий, смертельный. Наш танк подбит. Кругом нас фашисты. Весь день отбиваем атаку. Улица усеяна трупами. Мы воины и не боимся умереть за Родину. Мы думаем, как бы подороже немцы заплатили за нас, за нашу жизнь…
Я сижу в изрешеченном и изуродованном танке. Жара невыносимая, хочется пить. Воды нет ни капельки. Твой портрет лежит у меня на коленях. Я смотрю на него, на твои голубые глаза, и мне становится легче – ты со мной. Когда наш танк впервые встретился с врагом, я бил по нему из орудия, косил пулеметным огнем, чтобы больше уничтожить фашистов и приблизить конец войны, чтобы скорее увидеть тебя, мою дорогую. Но мои мечты не сбылись… Танк содрогается от вражеских ударов, но мы пока живы.Снарядов нет, патроны на исходе. Знаю, что разговариваю с тобой последний раз. Хорошо умирать, когда знаешь, что там, далеко, есть близкий тебе человек, он помнит обо мне, думает, любит. «Хорошо любимым быть…»
Сквозь пробоины танка я вижу улицу, зеленые деревья, цветы в саду яркие-яркие. У вас, оставшихся в живых, после войны жизнь будет такая же яркая, красочная, как эти цветы, и счастливая… За нее умереть не страшно… Ты не плачь. На могилу мою ты, наверное, не придешь, да и будет ли он – могила-то?
28 июня 1941 г.
Закадровый голос: 27 миллионов солдат так никогда и не вернулись домой, к своим семьям, к мирной жизни. Но именно благодаря им, мы с вами живём на этом свете, и это не просто высокие слова — это наша реальная история.
Весь под ногами шар земной
Живу. Дышу. Пою
Но в памяти всегда со мной
Погибшие в бою.
Чем им обязан – знаю я
И пусть не только стих,
Достойна будет жизнь моя
Солдатской смерти их.
Объявляется минута молчания
Видео-ролик «Минута молчания и Вечный огонь»
(Телюшкина) Смерть поджидала солдат на каждом шагу. Но вопреки всем тяготам, Проникновенно и искренне письмо ярославского поэта Алексея Суркова жене, сложенное в стихах. Трудный фронтовой ноябрьский день, когда воинам пришлось ночью после тяжелого боя пробиваться из окружения. После всех передряг, промерзший, усталый, в шинели, посеченной осколками, Алексей Сурков всю оставшуюся ночь просидел над своим блокнотом в землянке, у солдатской железной печурки. В феврале 1942 года композитор Листов попросил «строки, стихи, что-нибудь, на что можно написать песню», и Алексей Александрович вспомнил о стихах, написанных домой, разыскал их в блокноте и, переписав начисто, отдал композитору. Прошедшая дорогами войны, она и сегодня будет звучать для нас. Давайте представим, как много лет назад её могли петь простые солдаты под сводами землянки…давайте и мы подпоём им.
Видео «В землянке»
(поём все вместе)
Закадровый текст: Километры и версты дорог, куда только не забрасывала советского солдата война. Порой, казалось, что сил совсем нет, что нет конца этим звукам выстрелов, взрывов, авианалетов. Порой, казалось, что всё кончено…но до последнего теплилась вера в лучший исход, в победу, в саму жизнь. И тогда неминуемая гибель невероятным образом отступала.
Письмо сироты матери
Мать (Тольчинская) читает письмо за столом
Дорогая мама! Пишу в надежде, что найду тебя и смогу низкий поклон тебе отдать за мое спасение. Было это в 1941.
Немногие оставались в живых, когда мы попали в окружение, и комбат дал приказ пробиваться по двое-трое к линии фронта. Мы шли через лес, ночевали в копнах сена, кормились чем попало, пока не добрались до деревни. Там уже было десятка два наших однополчан. Передохнув, решили идти все вместе дальше. Но председатель колхоза отсоветовал: «Леса кругом прочесывают немцы, переждите, ребята. «
Но ночью деревню захватили немцы. Нас, безоружных, согнали на деревенскую площадь, поставили в ряд. Три фашистских автоматчика подошли к первому в шеренге — отвели к стене сарая и дали очередь в упор. Мы стали прощаться друг с другом. Все меньше оставалось нас в ряду: по одному уводили солдат к сараю и расстреливали. Женщины, дети, старики, сбежавшиеся на площадь, кричали, плакали. Но палачи не обращали на них никакого внимания, хладнокровно и методично продолжая казнь пленных.
Шишканов: Я был тринадцатым в ряду, двенадцать моих товарищей уже лежали мертвыми у сарая. И вот наступила моя очередь. Меня повели. Вдруг страшный крик разрезал воздух: «Сын! Это мой сын! Не убивайте его!» Ко мне бросилась незнакомая женщина, за ее юбку цеплялись маленькие дети, одного она держала на руках. Фашисты их отталкивали прикладами автоматов, но женщина с пятью детьми не отступала, рвалась ко мне. Переводчик что-то сказал офицеру, руководившему казнью, и тот махнул перчаткой. Меня отвели в сторону. Вся площадь заходила ходуном. Женщины хватались за оставшихся в живых красноармейцев, кричали: «Это мой брат!», «Это мой сын!», «Мой жених!».
Казнь остановили «до выяснения». Ночью нам удалось бежать.
Пишу тебе, мамочка, в надежде, что ты отзовешься. Свою настоящую мать я не знаю, но ты, которая спасла мне жизнь и стала для меня самой родной. Мама, те ужасы, которая приносит война, скоро закончатся. Я надеюсь, что встречусь с тобой, ведь мы победим, мы обязательно победим! Рядовой 61-го кавалерийского полка Созин С. В.
Закадровый голос: Победа…это слово поднимало бойцов в атаку, заставляло пройти ужасы самых страшных боёв, оно излечивало от тяжёлых ран. Оно заставляло жить. Главной вестью, которую ждал весь советский народ была весть о победе.
Выходит солдат (Крошев)
Январь 1943 г.
Вот уже несколько дней мы идем вперед — на запад. Противник в беспорядке отступает, у меня одна только мысль — вперед, вперед. Как любо это бодрое всепобеждающее слово. Оно увеличило мои силы, заставило забыть об опасности, о смерти… Каждый шаг вперед — это шаг к вам, к нашей встрече…
Будет наше счастье, мы этого дождемся!
На фоне видео «Казаки в Берлине»
11 мая 1945 г
Победа наша! Здравствуй, дорогая Клавочка! С пламенным приветом к тебе твой Василий. Клавочка! Сегодня решил написать тебе письмо, может быть, последнее до нашей встречи. Войну закончили 8 мая, 9 мая праздновали победу. Радости, конечно, нет предела. Сейчас ведь Родина стала совсем близка. Скоро, конечно, будем в России. В нашей любимой Родине. И справлять Победу. Все прожитые невзгоды уже позади. Сейчас можно справедливо отдохнуть. Гнет войны мы сбросили с плеч. Сейчас счастливая мирная трудовая жизнь – жизнь еще неувядшей молодости, полной всевозможных желаний во всех отношениях. На этом заканчиваю и передаю привет мамаше, Галочке, Наденьке.
Пока до скорого свидания. Целую. Твой Василий!
Видео «День Победы»
(поём все вместе)
Участники концерта выстраиваются в одну шеренгу, подпевая песне «День Победы»
Анонхина: Дорогие друзья! Мы родились и выросли в мирное время. Мы никогда не слышали воя сирен, извещающих о военной тревоге, не видели разрушенных фашистскими бомбами домов, не знаем, что такое голод и разрушенные дома.
Рылов: Нам трудно поверить, что человеческую жизнь оборвать так же просто, как утренний сон.
Позднякова: Об окопах и траншеях мы можем судить только по кинофильмам да рассказам фронтовиков.
Абулганиева: Для нас война — история. Славной победе нашего народа в Великой Отечественной войне мы посвятили сегодняшний концерт.
День Победы — праздник всей страны.
Духовой оркестр играет марши.
День Победы — праздник седины
Наших прадедов, дедов и кто помладше…
Даже тех, кто не видал войны —
Но ее крылом задет был каждый, —
Поздравляем с Днем Победы мы!
Этот день — для всей России важный!
